Раскольнический Томос, или Почему Константинопольский Патриарх наступает на те же грабли?

«Раскол, который возник из-за человеческого эгоизма, может быть

излечен только через покаяние и возвращение к Церкви»

Блаженнейший Митрополит Ростислав, Предстоятель Церкви Чешских земель и Словакии

«Мы волнуемся о ситуации в Украине, молимся, чтобы всем раскольникам

 – «филаретовцам» и «автокефалистам» – Господь подал дар покаяния, и они вернулись в дом Отчий. У нас добрые, близкие отношения с Константинопольским Патриархом, но,

если Константинополь будет вмешиваться, я это ответственно говорю, во внутренние дела канонической Церкви в Украине, то Польская Церковь, весь епископат будут первыми врагами Константинополя»

Архиепископ Люблинский и Холмский Авель

Есть расхожая фраза, что «в историю можно войти, а можно и вляпаться…». Очевидно, что история с украинским автокефальным проектом поставила в довольно неудобное положение как украинский политический истеблишмент, который эту акцию продвигает, так и Патриарха Варфоломея, который непосредственно за этим стоит. Если для первых это воистину пиар-технология, поскольку может в той или иной степени вернуть их электорат, то для Патриарха Константинопольского это настоящий «экзамен» на международной православной арене, да и, собственно, не только православной. Каждый из участников этой стратегической игры имеет свою цель, преследует личные цели и жертвует довольно серьезно.

Почему Томос и почему именно сейчас?

Наверно, те обещания, которые прозвучали в 2014 году от будущего Гаранта, очень сильно ему помогли: украинцы люди доверчивые, и «вбить» в голову рядовому гражданину, что будет лучше, на самом деле очень просто. Заканчивается пятилетка украинского Президента, а результаты достаточно плачевные. Потому нужен новый пиар-ход, который бы обеспечил если не победу, то достойное поражение, за счет которого можно войти в историю «борцом за независимость»; собственно, таким помнят Ющенко и его проект «автокефалии».

Если об УПЦ говорят, что это филиал Русской Церкви, то, справедливости ради, можно уверенно сказать, что Константинопольская Патриархия – это филиал Госдепартамента США. Почему-то очень активные официальные лица США поддерживают или обговаривают ситуацию в украинском православии. Такие люди, уровня экс-посла в Украине Джеффри Пайетта, действующего посла Мари Йованович, чиновника Госдепартамента США по вопросам международной религиозной свободы Сэмюеля Браунбека, проводят интенсивную работу в плане продвижения автокефалии.

Буквально на днях Государственный секретарь США Майк Помпео сделал следующее заявление: «…Мы поддерживаем право украинцев молиться так, как они выбирают, и надеемся, что это право будут уважать все. Толерантность, сдержанность и понимание являются ключевыми элементами обеспечения того, чтобы люди, которые исповедуют разные религии, могли жить и процветать вместе в покое. Мы призываем церковных и правительственных чиновников активно продвигать эти ценности в связи с действиями по созданию автокефальной Украинской Православной Церкви…».

То есть все прекрасно понимают, более того, даже декларируют, что вопрос Церкви в Украине – это геополитика «сильных мира сего». А украинская Церковь – формата «автокефальной» – должна стать одним из главных инструментов влияния против Русской Православной Церкви. Ведь очень часто можно проследить из уст заинтересованных, что Церковь должна быть не украинской по сути и идеологии, а «антироссийской». И плюс момент выбран чрезвычайно удачно, ведь та конфронтация, которая существует, только должна благоприятствовать разделению на два вражеских лагеря. Один из них «за», ну а другим не останется выбора: их априори задекларируют врагами и народа, и государства.

Война между двумя центрами влияния

Так сложилось исторически, что между Константинополем и Москвой были существенные конфликты, и каждая из сторон всегда отстаивала свою точку зрения: Фанар позиционировал себя «первым», но не среди равных, а Москва всегда имела значительное влияние в семье Поместных Церквей, однако занимала не свойственное ей место, в соответствии с греческим видением. Однако византийцы народ специфический, и то величие, которое было свойственно им несколько столетий назад, уже развеялось как дым, и реальность ситуации ставит их в совсем другое положение. Стоит ли пересматривать акты 300-летней давности, вопрос довольно субъективный, и много чего в современном мире это может поставить под сомнение. Да и плюс дисциплинарные наказания, которые были приняты в других обстоятельствах, совсем при другом раскладе и, при объективной оценке, ставят много вопросов.

Вот представьте себе, что запрещенный клирик Константинопольского Патриархата Михаил Дедеич пишет письмо Патриарху Московскому Кириллу о рассмотрении его дела, ведь Константинополь без покаяния не принимает его из-за его раскольнической деятельности. А перед этим Предстоятель Русской Церкви дважды официально засвидетельствовал, что принимает каноническое постановление Фанара о запрете Дедеича, а теперь, в силу каких-то обстоятельств, без рассмотрения дела, без свидетельствования сторон, восстанавливает в каноническом сане, ну с любовью, конечно. Разве это не подрывает канонические основы Церкви?

В одном из интервью митрополит Прусский Элпидофор, один из авторитетных иерархов Константинополя, говорит о праве «апелляции» (эклито), поскольку с обвиненным его Церковь поступила не по справедливости. Русская Церковь с Филаретом вообще не успела никак поступить, поскольку на решение Архиерейского Собора РПЦ от 2017 года о создании комиссии для ведения диалога Киевский патриархат никак не отреагировал, то есть так называемое письмо Филарета, очевидно, с самого начала считалось фикцией для вмешательства Константинополя. Разве это не лукавство?

В 20-е годы прошлого столетия в России появились так называемые обновленцы, которые тоже претендовали на роль «Церкви», и они тоже имели поддержку Константинополя.

Так вот митрополит Сергий (Страгородский), реагируя на факт сотрудничества Константинополя с раскольниками-обновленцами, помимо канонической Церкви, ставит вообще под сомнение такую деятельность Фанара – а не раскольниками ли стали византийцы: «Указание на то, что некоторые Патриархи, например, Константинопольский и, в последнее время, Иерусалимский, обменялись с Синодом посланиями, нас мало убеждает. Мы знаем, что в единстве Церкви находятся лишь те, кто находится в общении со своим законным епископом и патриархом; что отлученный своим патриархом не может быть принят в общение другими (Премудр., 1 прав.);… Да и сам вошедший в общение с отлученным подлежит отлучению (Апост. 10, 12). Значит, если Патриархи Константинопольский и Иерусалимский вошли в общение с обновленцами, тем хуже для Патриархов. Пред законом Божиим все равны: и патриархи, и миряне. Когда Константинопольский Патриарх в XV веке отпал в унию с Римом, Русская Церковь за ним не пошла и живущие в России католические ксендзы от того не сделались православными. Так и общение Константинопольского Патриарха с обновленцами может только Патриарха сделать обновленцем, а не обновленцев православными».

Раскол мирового православия

Как известно, 15 октября 2018 года Русская Православная Церковь разорвала евхаристическое общение с Константинопольским Патриархатом. Событие на самом деле очень серьезное и для обеих Церквей в частности, и для мирового православия в общем. Однако, как отмечают представители Стамбула, Патриарх Варфоломей и далее упоминает диптих в полном объеме, то есть и Патриарха Кирилла. Сторонники Фанара сразу обвинили РПЦ в злоупотреблении Евхаристией. Однако имеет ли объективную данность такое обвинение?

В 2011 году возник довольно серьезный конфликт между Иерусалимской Церковью и Румынской, поскольку последняя строила храм своей юрисдикции в Иерихоне, на канонической территории Патриарха Феофила. И в своем обращении Патриарх Иерусалимский четко указывает на право разрыва евхаристического общения с Румынской Церковью.

Похожая ситуация была в Элладской Церкви с Константинополем за юрисдикционное право на «новые земли» митрополии в Фессалии, Эпире, Македонии и Фракии. 1996 год ознаменовался «эстонским конфликтом» между РПЦ и Константинополем. Сейчас продолжается разрыв общения между Антиохией и Иерусалимом за храм в Катаре.

Потому очевидно, что разрыв евхаристического общения имеет место в контексте нарушения административного характера одной из Церквей. Какие последствия этому? Наверно, каждая Поместная Церковь со временем даст ответ на вопрос.

Как быть?

По словам главы внешнего ведомства РПЦ владыки Илариона (Алфеева), для простых верующих ситуация не меняется. Сложнее с теми гражданами, которые окормлялись на приходах Константинопольского Патриархата в Турции. Во-вторых, а это важно, Вселенский Патриархат уже не является, по сути, модератором православного единства. Фактически на сегодня ни одна из Поместных Церквей не высказала документально своего отношения к этой проблеме. Конечно, есть комментарии отдельных Предстоятелей, иерархов, однако это не отображает позицию Поместных Церквей в общем. Потому стоит ожидать таких текстов в ближайшее время.

Однозначно, что проблема «украинского вопроса» уже давно перешла на международную православную арену, а потому было бы разумно «совместно» этот вопрос решать, когда есть «суд присяжных», защитники, ответчики. Очевидно, что Фанар сам натворил больше проблем, и как их решить, просто не знает. Потому голос Поместных Церквей должен стать тем арбитром, который рассудит данный конфликт и излечит раскол в украинском обществе.

Марк Авраменко

Похожие публикации