«Два Александра», или История о трости, ветром колеблемой

В то время, когда Украинская Православная Церковь выполняет свою спасительную миссию – проповедует Христа Распятого и Воскресшего, – один из иерархов, митрополит Александр Драбинко, занимается «политической» деятельностью, не вдаваясь в вопрос о захвате храмов УПЦ и о том, что священнослужители церкви становятся объектами нападок со стороны силовых структур. Он упорно забывает о направлении своих заявлений и комментариев в недалеком прошлом. Однако приведенные публикации открывают другую сторону медали, а выводы – за вами.

О Святейшем патриархе Кирилле: «Визит в Киев показал, что для Святейшего Патриарха очень ценна киевская глава в истории Русской Церкви. Святейший Кирилл постоянно акцентирует внимание на том, что эта история, до определенной степени, «киевоцентрична». Что Киев – это не только столица Украины и Украинского Православия, но и общая святыня всех православных народов Восточной Европы. «Киев – это наш Иерусалим и Константинополь, это серцевина нашей жизни», – утверждает Святейший Патриарх. И эта историософская формула свидетельствует, что Патриарх Кирилл стремится создать новую универсальную историософию, особое место в которой должен занять Киев как вечная святыня славянского мира.

«Мы не должны делить наследие Киевской Руси», – говорит этой историософией Святейший Патриарх. Мы должны жить этим наследием, мы должны сделать это сокровище актуальным для миллионов православных христиан Украины, России и Беларуси. Из уст Патриарха в эти дни часто можно было слышать словосочетание «русский мир». Как можно понять из общего контекста мысли Святейшего, в данном случае речь идет не о русской этнокультурной общности, а о том типе цивилизации, который был унаследован нами от Византии и восходит к Киевской Руси. Святейший Патриарх не призывает нас к отказу от государственной независимости Украины, как это интерпретируют некоторые недобросовестные обозреватели и политики. Свое отношение к украинской государственности Патриарх продемонстрировал еще в первый день своего визита, когда закончил свою проповедь после молебна на Владимирской горке словами известнейшего украинского гимна «Боже Великий, Єдиний, Русь-Україну храни…». Обращаясь к пастве сохранить верность ценностям русского мира, Святейший не призывает нас отказаться от национального суверенитета. Он лишь обращает наше внимание, что Украина, как прямая наследница Киевской Руси, не должна выпадать из восточно-христианской цивилизации. Святейший Патриарх напоминает нам о том, что мы, живущие на древней земле Киевской Руси, в самом ее средоточии, несем особую ответственность перед историей за духовное и культурное наследие этой эпохи. И в этом призыве не нужно искать болезненных для украинского национального сознания смыслов. Патриарх призывает нас не отказываться от собственной национальной миссии, а напротив – ее осуществить. Он лишь обращает наше внимание, что наша культура не сводится к XVII веку, а восходит намного глубже – к эпохе Киевской Руси».

О диалоге с раскольническими группировками: «Это указывает статистика, поскольку 70% приходов УАПЦ и УПЦ КП размещены именно в западных регионах. А это значит, что, ведя диалог с неканоническими группами, мы должны принимать во внимание тот социокультурный контекст, в котором они существуют. Диалог должен вестись исключительно в богословском ключе, недопустима его политизация, мы не имеем права пытаться навязать людям, которые живут в условиях Западного региона, тот комплекс идей, который характерен сегодня для Востока. Объединенная Церковь не должна предполагать победу восточноукраинской ментальности над западной, либо наоборот – западноукраинский над восточной. Она должна стать тем стержнем, тем механизмом соборности, который объединит Украину, поможет ей преодолеть антагонизм, собрать воедино все лучшее, что было наработано по обе стороны Днепра. Поэтому одним из базовых условий ведения диалога должен быть отказ сторон от политизации проблем церковной жизни. Украинская Православная Церковь на Соборе епископов в декабре прошлого (2007 – авт.) года осудила  феномен так называемого «политического Православия». В этом же аспекте необходимо воспринимать и решение Священного Синода УПЦ от 18 апреля этого (2008 – авт.) года, согласно которому священнослужителям нашей Церкви запрещено баллотироваться в местные органы самоуправления всех уровней и работать в них. Теперь мы ждем аналогичных шагов от представителей неканонического Православия, и, в первую очередь, от «Киевского Патриархата», деятельность которого до сих пор значительно политизирована.

Автокефальное движение должно отказаться от мифа о том, что УПЦ якобы является только лишь «филиалом Российской Церкви». УПЦ – это Церковь украинского народа. И лучшее свидетельство об этом – личность ее Предстоятеля, который является патриотом своей страны и искренне обеспокоен проблемами сохранения национального культурного наследия».

В контексте комиссии Межсоборного присутствия по противодействию церковным расколам: «Почему же так важно четко сформулировать именно богословское видение проблемы? И мы сами, и наши отделившиеся братия должны четко понимать, что единственным способом излечения разделения является возвращение к церковному Преданию. Мы не можем действовать своевольно – по своему собственному усмотрению. Такие, не укорененные в церковной традиции и богословском видении Церкви, действия могут только еще больше осложнить проблему. Мы не можем и не должны подменять богословский взгляд «политической целесообразностью», какая бы церковная партия ни пыталась к ней прибегнуть. В Церкви есть один легитимный язык – язык богословия и пастырства. Что же касается языков политологии и социологии, то они, безусловно, имеют право на существование в обществе, но им не место в Церкви. «Политической целесообразностью» оправдывали свой раскол его творцы в 1992 году. И этой же «целесообразностью» сегодня оправдывают свое ригористическое отношение к отделившимся некоторые клирики и верующие нашей Церкви, что порицал во время своего последнего приезда в Киев Святейший Патриарх Кирилл. Но этот путь ведет в никуда. Политическая аргументация разделяет. Объединение же станет возможным только тогда, когда мы вернемся к родному для Церкви языку – языку богословия и молитвы».

Похожие публикации