Архиепископ Митрофан (Юрчук): «В расколе нет благодати Божией, там все построено на обмане и лицемерии»

С тех пор, как в Украине случился раскол в 1992 году, общество все время становится свидетелем противостояния в среде православных верующих. Политическая власть, выбрав Церковь инструментом влияния на народные массы, только усиливала напряженность среди христиан. Однако каноническая Церковь, несмотря на беспрестанные попытки раскольников ослабить Ее авторитет в обществе, такому давлению не поддалась.

Правда, до сих пор часть украинцы продолжают верить во всю откровенную ложь и манипуляции, которые несутся с экранов телевизоров, по радио, со страниц печатных изданий.

Вашему вниманию – интервью Управляющего делами Украинской Православной Церкви Высокопреосвященнейшего Митрофана, архиепископа Переяслав-Хмельницкого (ныне митрополита Луганского и Алчевского), в котором он комментирует упреки в адрес УПЦ, наиболее часто встречающиеся в СМИ.

Владыка, со времени раскола прошло 15 лет, но до сих пор в адрес нашей Церкви со стороны раскольников можно слышать те же обвинения, например, в том, что мы перечисляем средства в Москву …

На самом деле это безосновательные обвинения, и рассчитаны они на людей, которые не разбираются в вопросах внутренней и внешней жизни Церкви. Очевидно, таким образом проще посеять в неразумные души сомнение в патриотизме верующих Украинской Православной Церкви. Если бы и было что-то подобное на самом деле, об этом знали бы все. Тем более это касается некоторых средств массовой информации, настроенных враждебно к нашей Церкви. Они бы обязательно взяли на вооружение и в подробностях расписали бы все «доказательства»: когда, как и на какие банковские счета перечисляются деньги. Ведь сделать это нетрудно. Но этого нет. Даже наоборот. Так, предприятие «Софрино», где мы закупаем богослужебное утварь, идет на уступки в цене, учитывая наше непростое экономическое положение.

А что касается обвинений по поводу богослужебного языка?

Мы совершаем богослужения на историческом церковнославянском языке, который является священным языком, на котором молились многие поколения наших предков. Молимся языком святых братьев Кирилла и Мефодия, которые на этом языке перевели тексты Священного Писания. Поэтому мы его сохранили как драгоценный священный дар. Однако есть постановление Священного Синода УПЦ, которое позволяет совершать богослужения на том языке, на котором желает церковная община. И это касается не только украинского языка, но и языков народов, проживающих в Украине: румын, гагаузов, греков, белорусов. Подчеркиваю, мы служим не на русском, а на церковнославянском языке.

Известны случаи, когда раскольнические священники и епископы возвращались в лоно канонической Церкви. Чем они аргументировали свои решения?

Аргументация одна: не смогли правильно сориентироваться в сложных обстоятельствах, в которых оказалась наша Церковь. Я думаю, что так или иначе благодать Божия касается верующего сердца, и рано или поздно Господь открывает человеку, который искренне стремится служить Богу, где истина, а где ложь. В расколе нет благодати Божией, там все построено на обмане и лицемерии. Те, кто вернулся, воочию убедились, что это не тот путь, которым нужно идти к спасению и, слава Богу, нашли в себе силы порвать с расколом и вернуться в лоно истинной Церкви.

Возможно, кто-то скажет, что их чем-то переманили, что-то пообещали, но это совершенно не так. Мы никому не платим деньги и никому ничего не обещаем. Это свободный выбор, ведь тот, кого можно «переманить» или «соблазнить», – ненадежный человек для Церкви. А нам нужны мудрые и надежные пастыри, а не временные исполнители.

Обычно монастыри является показателем духовной жизни Церкви. Известны ли за 15 лет случаи, когда монахи всем монастырем шли в раскол?

Не было ни одного случая отпадения монастыря в раскол. Наоборот, это сегодня оплот канонического Православия. Монастыри играют большую духовно-воспитательную роль. Кроме того, количество монастырей за последние 15 лет у нас выросло почти в 10 раз. А что касается раскольнических монастырей, то их и монастырями трудно назвать.

Взять хотя бы Выдубицкий монастырь. Там два человека удерживают какой-то ресторан. Еще может, в Михайловском, есть что-то вроде братства, а другие монастыри – просто фикция, бутафория.

Раскол произошел благодаря активной поддержке политической власти, ее грубому вмешательству во внутреннюю жизнь Церкви. Насколько сильны подобные тенденции сегодня и стали ли представители государственной власти более  компетентны в церковных вопросах?

К сожалению, нынешние представители власти – это в прошлом партийные и комсомольские функционеры, которые занимались преследованием верующих. Сегодня изменилась политическая ситуация, поэтому и они «перекрасились». При этом, не имея достаточного представления о том, что такое Церковь, оставшись атеистами, а некоторые, возможно, до сих пор некрещенные, они, однако, пытаются нас учить, в какую Церковь нам ходить, на каком языке молиться, какие молитвы читать и т. п. Некоторые из них сегодня носятся с идеями создания «Поместной Украинской Церкви», составляют некий универсал. А если спросить у этих людей, что такое Поместная Церковь, они даже на уровне катехизиса не способны объяснить, за что ратуют. Я думаю, что власть должна заниматься теми вопросами, которые прямо относятся к ее компетенции, – политической и экономической стабилизацией общества, решением социальных вопросов. А то, какой должна быть православная церковь в Украине, пусть определятся сами верующие, которые пережили атеистический период и остались верными Церкви, несмотря ни на какие гонения и преследования. Именно они имеют моральное право говорить об изменениях в церковной жизни.

Беседовал игумен Лонгин (Чернуха)

Церковная православная газета, №12, май 2007 года

Похожие публикации